Валентин Стецюк Введение в курс исследования предысторических этногенетических


с. 1 с. 2

Валентин Стецюк

Введение в курс исследования предысторических этногенетических процессов в Восточной Европе и Азии

Булгарская топонимика в Европе.


Скифо-булгары, предки современных чувашей, в начале второго тыс. до Р.Х. заселяли главным образом левобережную часть Поднестровья (Стецюк В. М, 1999, 85-95; Стецюк В. 2000, 28). Граница между ними и тевтонами проходила по водоразделу бассейнов Припяти и Днестра. Поскольку она не была четко выраженной, языковые контакты между тевтонами и скифами были довольно тесными, что и сказалось на многочисленных лексических соответствиях современных немецкого и чувашского языков. Этот факт независимо друг от друга отмечали несколько исследователей (Корнилов Г. Э., 1973; Егоров Г. 1993, Стецюк В., 1998). Пребывание булгар на означенной территории подтверждает местная топонимика, которая не объясняется средствами славянских языков, но понятна при использовании чувашского. Основная масса топонимики булгарского происхождения сосредоточена во Львовской области, но в достаточно большом количестве они имеются также на Волыни, в Карпатах и на смежных территориях Венгрии и Польши.

Расшифровке топонимов помогают основные фонетические соответствия чувашского и украинского языков:

Буквы ă и ě передают редуцированные звуки а и е. Чаще всего они отвечают украинским о (у) и е соответственно, но могут и выпадать.

Чувашская буква у исторически чаще всего отвечает звуку а, реже у.

Чувашская буква а может отвечать украинским а и о.

Чувашские буквы е и и отвечают украинским е и і, хотя взаимные замены возможны.

Согласные звуки чувашского языка мало отличаются от украинских, но в чувашском языке бывший к со временем превратился в х, а г в к, то есть слов с г в чувашском языке вообще нет, за исключением заимствованных. Другие особенности таковы:

Чувашские буквы, передающие глухие звуки, в начале слова и перед гласными могут звучать более звонко (например, п звучит ближе к б).

Буква ç передает звук близкий к украинскому зь или ць. Поскольку глухие часто имеют соответствие в звонкой паре, то ç может отвечать также украинскому дз.

Чувашский звук, который передается буквой ч, может происходить из древнетюркского т.



УКРАИНА

Наиболее убедительными примерами топонимики булгарского происхождения являются такие, которые могут быть связаны с географическими особенностями местности. Например, город Хыров Старосамборского района Львовской области расположен в местности богатой на сосновые леса. Поскольку чувашское хыр означает "сосна", то происхождение названия города именно от этого слова имеет большую вероятность, чем его связь с именем одного из легендарных основателей Киева. Когда таких примеров набирается несколько, то присутствие предков булгар в Западной Украине не должно вызывать сомнений. Однако и в наше время есть много людей, которые больше доверяют легендам, чем теории вероятностей.

Однако имеется связь названия населенного пункта с его особенностью очень убедительная. Неподалеку от Золочева во Львовской области расположено село Гавареччина, известное своей чернодымленной керамикой, которую изготовляют по старинной оригинальной технологии обжига глини. Название села прямо-таки указывает на этот вид ремесла, распространенного в нем, – чув. кăвар “раскаленные угли, жар” и ěççыни “труженик” объединенные в кǎварěççыни означали бы "работник раскаленными углями", то есть “гончар”. Распространенная в селе фамилия Бакусевич тоже может иметь булгарское происхождение, поскольку имеется старинное чувашское мужское имя Паккуç. Очевидно в названии села Кобылеччина, расположенное на юго-восток от Золочева, также содержится то же слово, что и в названии Гавареччина. Для первой части может подойти чув. хăпала "обжигать", которое сематически и даже фонетически стоит близко к чув. кăвар. Тогда и в этом селе должно было быть распространено гончарное ремесло.

Название известной скалистой гряды Товтры в Западной Украине может быть этимологизировано на чувашской основе: чув ту “гора” и тăрă “вершина”. Предлагаемая расшифровка этого названия как «острые вершины», выражение якобы заимствованное у греков через фракийцев, (Янко М.П. 1998, 354) стоит слишком далеко фонетически. Поскольку во многих других тюркских языках название горы звучит как тау, первичное название гряды могло быть Таутăрă. К этой же праформе восходит и название горного массива Татры на границе Словаки и Польши. Товтры тянутся от Золочева на Львовщине до северной Молдавии и выглядят как отдельные известковые выступы и кряжи, которые выразительно выступают над окружающей, большей частью довольно равнинной местностью, т.е. перевод «горные вершины» им соответствует очень хорошо. Напротив, название Вороняки для села и особой части уступа Гологор на западной окраине Подольской возвышенности можно перевести как «гладкое, ровное место» в соответствии с чув. вырăн “место” и яка “гладкий”. Такая расшифровка названия хорошо подходит для этой местности и семантически она близка к названию Гологоры.

В системе археологических памятников гальштатского периода Северно-восточного Прикарпатья Л. Крушельницкая выделяет черепинско-лагодовскую группу, которая приходится на раннескифское время (Крушельницька Л, 1993, стр. 158). Многочисленные памятники этой группы сосредоточены в полосе, которая тянется от села Черепин Перемышлянского района Львовской области через Звенигород и Лагодов на восток вдоль Гологор до Маркополя Бродовского района. И именно на этой территории можно найти целое скопление топонимов, которые этимологизируются средствами чувашского языка. Но на восток от Лагодова расположенное село Якторов, название которого тоже можно перевести как “голая гора” (чув. яка “гладкий” и тăрă “вершина”). На юго-восток от Звенигорода есть гора Камула, высочайшая точка Украины за пределами Карпат и Крымских гор (471 м). Чув. камăр чул “каменная глыба” при чул “камень” достаточно хорошо подходит для названия этой горы. Камăр хорошо подходит также и потому, что в разных языках имеются похожие слова с близкими значениями (лат. cumulas, лит. gumulus "куча", алб. gamule “куча земли”, баш. kömrö "горб").

Севернее полосы Гологор берет начало один из ручьев, образующих в границах Львова реку Полтва. Теперь она используется как подземный сточный коллектор, но есть исторические свидетельства, что когда-то ее течение было довольно быстрым. Таким обрагом, ее название тоже может быть сифо-булгарского происхождения, если принять во внимание чув. палтла “быстрый”. Есть и другая река с таким же названием – правый приток Горыни в ее верховьях. Название Быстрая для рек очень типично. В нескольких километрах южнее Львова, сразу за Солонкой расположено село Ковяри, в названии которого может быть тот же корень, что и в названии села Гавареччина (чув. кăвар – “раскаленные угли, жар”).



Поскольку на небольшой территории черепинско-лагодовской группы памятников мы зафиксировали несколько топонимов, предполагаемые скифо-булгарские апеллятивы которых могут быть мотивированы ближайшими природными объектами, то и другие топонимы неясного происхождения на этой территории мы можем попытаться этимологизировать на базе чувашского языка. На левом берегу Полтвы расположенное село со странным названием Куткир, которое может быть понято как “крепкий ствол”, приняв во внимание чув. кут “ствол, комель” и кěр(е) “крепкий”. В нескольких километрах на юг от Лагодова расположено целое скопление населенных пунктов, с оригинальными названиями. Некоторые из них могут быть расшифрованы при помощи чувашского языка: Коросно – чув. кăрăс – “скудный” или карас "соты". Перемышляны – чув. пěрěм – “моток”, ешěл “зеленый” (однако возможно и славянское происхождение населенного пункта), Кимир – чув. кěмěр "куча, уйма", Чуперносов – чув. чăпар “пестрый”, маса “внешность”, Ушковичи – чув. вышкал “похожий, подобный”. Вот еще несколько примеров скифо-булгарской топонимики во Львовской области:

  • c. Верин, южнее Николаева, c. Верини возле Жолквы – чув. вěрене “клен”;

  • c. Тетильковцы возле Бродов – чув. тетел “рыболовная сеть” (ср. название города Нетешин);

  • c. Турады, на запад от Жидачева – чув. турат “ветвь, хворост”;

  • c. Цитуля, на запад от Жолквы – название может иметь несколько объяснений: І. чув. çи 1. “есть, кушать”, "тереть", тулă “пшеница”; ІІ. чув. çută "свет", "светлый", "огонь", "красивый" при ласкательном суффиксе - уля. То есть, первоначальное название было Цита.

  • с. Чишки на юго-восточной околице Львова, с. Чишки северо-восточнее Олеська, с. Чижки на севере Старосамборского района - чув. чышкă “кулак”.

Далее на восток от Львовской области количество топонимов древнебулгарского происхождения постепенно уменьшается, но удивительным образом они образуют четкую цепь поселений на расстоянии 10-20 км одно от другого(Сокаль, Тетевчицы, Радехов, Увин, Корсов, Теслугов, Башаровка, Тетильковцы возле Подкаменя, Кокорев, Тетильковцы возле Кременца, Цеценевка, Шумбар, Потуторов, Калетенцы, Жемелинцы, Сохуженцы, Саверцы, Сасановка, Пединка, Сулковка, Уланов, Шепиевка, Корделевка и др.) Эта цепь тянется от Сокаля на севере Львовской области выше Радехова на Радивилов, потом поворачивает на восток и идет южнее Кременца, Шумска и Изяслава до Любара, потом поворачивает на юго-восток, проходит выше Хмельника, через Калиновку, и здесь уже не цепь, а целая полоса топонимов идет в направлении Днепра. Однако и далее имеем дело с булгарской топонимикой, что часто подтверждается как логико-семантической связью отдельных частей слов, так и случаями почти полного фонетического тождества. Сравним:

  • c. Гельмязов, недалеко от Золотоноши – чув. кěлмěç “нищий”;

  • c. Журжинцы севернее Звенигородки на Черкасщине и c. Журжевичи севернее Олевска на Житомирщине – чув. шăршă “запах”;

  • с. Замихив, восточнее Новой Ушицы, Хмельницкой обл. (есть также с. Замх юго-западнее Томашува-Любельского в Полше) – чув. çăмха „клубок” или çамка „лоб”;

  • c. Колонтаев, на юго-запад от Краснокутска Харьковской обл. – название села не происходит от польской фамилии Kollontaj (Г. Егоров утверждает, что эта фамилия чувашская), поэтому можно принять во внимание чув. туй “свадьба”;

  • c. Кацмазов, на юго-запад от Шаргорода Винницкой обл. – чув. куç “глаз”, маса “внешность”;

  • c. Кретивцы (от Кретел), на юго-восток от Збаража – чув. кěрет “открытый”, тěл “место”; село расположено на ровном, открытом месте;

  • c. Кудашево, южнее Чигирина Черкасской обл. – чув. кут “зад”, аш “м'ясо’;

  • c. Куяновка, на южной окраине Белополья – чув. куян “заяц”;

  • сс. Одаев Тлумачского района, Одаи Тисменецкого района, Ивано-Франковской обл., Одаи Крижопольского района Винницкой обл. и хутор Одая возле села Чуньков Заставненского района Чернивецкой обл. – чув. утǎ 1. “сено”, 2. “остров, лощина”; ие “злой дух”;

  • c. Оздив (от Озтел), на юго-запад от Луцка – чув. уçă “открытый”, тěл “место”; село расположено на ровном месте (ср. название Кретивцы);

  • c. Потуторы Бережанского р-на и c. Потуторов на восток от Кременца Тернопольской обл. – чув. пăв “давить”, тутăр “платок”;

  • с. Сапанов севернее Кременца – чув. супăнь “мыло”, супăн “мучиться”;

  • c. Тахтаулово недалеко от Полтавы – чув. тăхтавал “прерывать”;

  • c. Темировцы западнее Галича – чув. тимěр “железо”; ;

  • c. Тымар южнее Гайсина – чув. тымар “корень”;

  • г. Умань Кировоградской обл. – чув. юман “дуб”; хотя предлагается также объяснение от др.-р. умания «покинутое место» (Янко М.П. 1998, 366);

  • c. Урмань Бережанского р-на Тернопольской обл. – чув. вăрман “лес” (село окружено лесами);

  • c. Халаидово на югозапад от Монастирища Черкасской обл. – чув. хăла “рыжий”, йыт “собака”;

  • c. Цепцевичи на запад от Сарн Ривненской обл. – чув. çип “нитка”, çěвě “шов”;

  • c. Шупарка в Борщевском р-не Тернопольской обл. – чув. чăпăркка “кнут”; e.

  • cс. Ялтушков и Ялтушков Подлесный возле Бара Винницкой обл. – чув. юлташ “товарищ”.


Булгарская топонимика (обозначена красным цветом) и курдская топонимика (обозначена черным цветом) на Правобережной Украине.

Западнее Черкасс из одного болота вытекают реки Ирдынь, которая впадаэт в Тясмин пп Днепра, и Ирдынька, которая впадает в Днепр выше города. Внимательно рассмотрев карту, можно понять, что когда-то это был проток, который отделялся от Днепра так, что образовывался остров, на котором был построен город Черкассы. Чувашское иртěн “отделяться” очень хорошо подходит к этой ситуации. В связи с этим следует отклонить предлагаемое для расшифровки названия слав. ръд «красный», которое не совсем подходит также и фонетически (Янко М.П. 1998, 155). К тому же что само название города также может быть древнебулгарского происхождение. В Чувашии есть не менее десятка населенных пунктов с окончанием на -кассы от чув. кассă “село, улица” (Егоров Г. 1993, 38). Для первой части слова в чувашском языке также есть широкий выбор. Села Черкасы имеются также во Львовской области (севернее Николаева) в соседнем Люблинском воеводстве Польши (гмина Лащув).

В Кировоградской области топонимов булгарского происхождения очень мало. Но два из них довольно правдоподобно этимологизируются на базе чувашского языка. Леса вокруг села Камбурлеевка, на южной окраине Павлыша Кировоградской области, хотя их теперь осталось очень мало, очевидно, были богаты грибами, поскольку чув. кăмпа “гриб” и пурлă “богатый” дают нам право на такое предположение. А если названия села Кандаурово и реки Кандауровские воды происходят от чув. кăн “поташ” и тăвар “соль”, то это может потянуть за собою целую цепочку соображений. Уже было предположено, что древние булгары умели добывать соль методом выпаривания и продавали ее соседям (Стецюк В, 1998, 57). Но здесь речь идет не об обычной, поваренной соли, поскольку тогда не нужно бы было специального обозначения для слова тăвар. Поэтому можно говорить именно о поташе (карбонат калия). Залежи этой соли встерчаются в природе и она известна людям с древнейших времен. На вкус поташ горький, а о реке с горькой водой в Скифии упоминал Геродот. Описывая реку Гипанис (Гипаний), он указывал, что у истоков этой реки у нее пресная вода, а на расстоянии четырех дней пути от моря ее вода становится очень горькой. Вот как он это объясняет:

Это потому, что в него впадает один горький источник, который хотя и совсем малый, но очень горький и вода его смешивается с водой Гипания, большой рекой среди малых, и этот источник придает его воде такой вкус. Этот источник находится на границе стран скифов-пахарей и ализонов. Название этого источника по-скифски Эксампай, а по-эллински – Священные пути” (Геродот, IV, 53).

Гипанис Геродота обычно связывают с Южным Бугом, а Кандауровские воды впадают в Ингул, поэтому древнегреческий историк, возможно, имел ввиду другую реку с горькой водой. Если в этих местах были залежи поташа, а это вполне возможно, ибо в 150 км западнее расположено село Поташ, название которого объясняется залежами этой соли, то у многих здешних рек может быть горькая вода. В частности Б. Рыбаков писал, что горький вкус имеют воды Черного Ташлыка, который впадает в Синюху (Рибаков Б. А., 1979, 36). В нескольких километрах от Кандауровских вод протекает река Аджамка, в названии которой может присутствовать тюркское слово až’i/ači «горький» (чув. вачак «кислый»). Таким образом, булгарское происхождение названия Кандауровские воды подтверждается особенностями местности.

Особенно следует отметить полосу топонимов, которая идет идущую вдоль течения Ворсклы и далее переходит на Псел. Она хорошо соответствует распространению чернолесской культуры. Проведем обзор топонимов, начиная от устья Ворсклы и дальше вверх по ее течению.

с . Булахи между Ворсклой и Пслом – чув. пулăх "плодородие";

с . Кобеляки – для объяснения названия в чувашском языке можно найти несколько вариантов: чув.хапаллă "рослый, крупный", купала "складывать, громоздить, строить", хапăл "гостеприимно, приветливо, радушно" , хăпала "обжечь" , хупăла "обдирать, ошкуривать", к последнему слову хорошо подходит чув. яка "ровный, гладкий", до первых может быть добавлен словообразовательный суффикс для существительных и прилагательных –ака.

Вдоль течения Ворсклы есть три населеных пункта с одним и тем же названием Коломак (пгт Коломак в Харьковской области и два Коломака в Полтавской области). Кроме того, есть река Коломак лп Ворсклы – хорошо подходит для объяснения названий чув. хула "город " (ранее, конечно просто "поселение"), но если изначально так была названа река, тогда можно рассматривать чув. хулă "прут, лоза". Во обоих случаях нужно добавлять именной словообразовательный суффикс – мак, который в чувашском языке может иметь разные значения.

сс. Абазовка под Полтавой и в Харьковской области на юго-восток от Краснограда – чув. апăс "жрец" , "повитуха" , хорошо подходит и чувашские языческие имена Апуç и Упаç .

с . Гожулы под Полтавой – чув. кăшăл "обруч, круг", "венок";

с . Тахтаулово близ Полтавы – чув. тăхтавал "прерывать";

г. Полтава – название города перекликается с названием реки Полтва во Львове, однако реки с таким названием поблизости нет, тем не менее, тот же корень палт "быстро" может присутствовать и в слове Полтава. Для второй его части можно предложить чув. ăвă "трут" от ăв "тереть" . Добывание огня с помощью трута и быстрого трения известно с давних времен.

с . Колонтаев, на юго-запад от Краснокутска Харьковской обл . – Название села не происходит от польской фамилии Kollontaj (Г. Егоров утверждает , что эта фамилия чувашская) , поэтому можно принять во внимание чув. хулăн "толстый", "густой", "низкий" и тай "весить" (в целом "тяжеловесный");

сс. Сахновщина на берегу реки Тагамлык, лп Ворсклы и в Харьковской области на юго-восток от Краснограда – чув. сăхăн "просачиваться", "течь", "впитываться"

с. Хухра при впадении реки того же названия в Ворсклу – чув. хухăр "пустой, неполный";

с. Бишкинь на реке Псел возле Лебедина в Сумской области – чув. пĕшкĕн "наклоняться, нагибаться".



Древнебулгарская топонимика в Карпатах

При поиске следов пребывания древних булгар в топонимике равнинных областей Западной Украины, где пребыванию булгар имеются другие доказательства, было обращено внимание на то, что некоторые топонимы в Карпатах тоже могут иметь булгарское происхождение. (Стецюк Валентин, 2002, стр. 16-17). Дополнительные поиски принесли некоторые результаты, которые еще требуют внимательного анализа специалистов по чувашскому языку. Безусловно, какая-то часть толкований основана на случайном созвучии, но само обилие топонимов, не поддающихся расшифровке на основе славянских языков, но могущих быть расшифрованными при помощи чувашского языка, не может быть случайным.



Названия горных вершин

Самая высокая вершина в Карпатах и в Украине вообще называется Говерла (2061 м над уровнем моря). Расшифровке на славянских языка не поддается, а Юзеф Галичер считал слово румынским и переводил как “высокая гора” (Haliczer Józef. 1935). Это мнение поддерживает М.П. Янко, приводящий рум. hovirla «труднопреодолимый подъем» (Янко М.П. 1998, 99), однако в других романских языках ничего подобного не обнаружено, очевидно, румынское слово заимствовано из украинского. Учитывая чув. кăвар – “горячие угли” при суффиксе -ла, который употребляется при образовании прилагательных, дословно название горы может быть переведено как “пышущая жаром”. Такое название могло бы хорошо подходит для горы вулканического происхождения, но географы такое происхождение Говерлы отрицают (Вулканические Карпаты расположены у самой границы Закарпатской низменности). Однако каменные россыпи Говерлы летом очень нагреваются и это могло быть мотивацией для названия горы. Венгерское происхождение ( „снег”, var „крепость (возможно, ранее „гора”?) названия следует отбросить ввиду отсутствия венгерских топонимов в ближайшем окружении. Соблазнительное сев. герм. hawer „возвышение” почему-то „не выдержало критики” и поэтому отброшено (Там же).



  • Гора Брескул, или Брецкул (1911 м). На юго-западном склоне горы в лощине имеется озеро того же названия. Очевидно, в названии присутствуют чув. пăрăç „ледяной” и кўлě „озеро”. Ср. Туркул.

  • Гора Дземброня (1877 м). Свершенно необычное для украинцев название горы может быть объяснено как бревно (возможно дерево) чудовищного вида принимая во внимание чув. çам "чудовище” и пěрене „бревно”. (Чув. ç звучит как зь или ць). Название для горы не самое подходящее, если только вблизи нее действительно не росло одинокое дерево странной формы. Однако фонетическое согласование очень хорошее, лучшего в других языках просто не найти.

  • Гора Данцыр (1848 м). Если принять во внимание чув. тун „откалываться” и çыр „обрыв”, то можно предполагать, что когда-то часть горы откололась, образовав обрыв. И мотивация для названия горы и фонетическое согласование хорошие. Следует иметь в виду, что чув. у часто соответствует рус. а.

  • Хребет (полонина) Какараза (самая высокая точка 1558 м). Чув. кукāр "кривой, извилистый" и аçа "кушак" отвечают форме хребта.

  • Урочище Калатура – „желтая гора” (чув. хăла „желтый”, тăрă „вершина”). Правда, есть рум. tură „скала”, поэтому это название и два следующих могут иметь румынское происхождение.

  • Гора Каратура неподалеку от села Нижний Березив – этому названию имеются соответствия во многих местах, заселеннях тюрками (на Алтае и в Сердней Азии). Оно может быть переведено как „черная гора” (чув. хура „черный”, тăрă„вершина”).

  • Хребет Карматура. С учетом подобных названий здесь также содержится чув. тăрă „вершина”. Для первой части слова можно предложить чув. кармаш "тянуться". Созвучие с предлагаемым для расшифровки названия рум. carnitura «поворот» (Янко М.П. 1998, 169) случайно.

  • Гора Кукуль (1539 м). Фонетически прекрасно подходит для расшифровки чув. кукăль „пирог”. Мотивация названия не совсем ясна, поскольку неизвестно, какой формы пироги пекли древние булгары.

  • В Карпатах есть несколько гор и вершин с похожими названиями Манчул, Менчул, Менчил, Менчиль. Безусловно, их следует переводить как "большой камень" (чув. мăн "большой", чул "камень"). В Карпатах имеется много вершин, которые содержат в своих названиях слово "камень" – Великий камень, Писаный камень, Острый камень, Обавский камень и т д.

  • Вершины гор с названием Магура имеются в Карпатах в большом количестве. Поскольку слово приобрело и нарицательное значение, то их число не поддается учету. Конечно, может быть принято к рассмотрению славянское слово гора, но непонятными останутся приставка ма- и сама фонетическая трансформация. Более всего для названия горы подходит чув. мăкăр „бугор, шишка”, а окончание –а уже было принято под влиянием слав. гора. У народов Дагестана, где когда-то господствовал Хазарский каганат, распространено похожее слово магІар "гора", которое тоже имеет булгарское происхождение.

  • Гора Мингол (1085 м). Есть хорошие чувашские фонетические соответствия слову, однако они мало приемлемы для названия горы. Скорее всего, это модификация названия Манчул (см.).

  • Гора Парашка (1271 м). Вряд ли название горы происходит от женского имени. Хорошо подходит чув. пурăш "барсук" со словообразующим суфиксом прилагательных -кă. То есть это "Барсучья гора".

  • Гора Сикитура неподалеку от села Шешори – чув. сикĕ "падение, спуск", тăрă „вершина”.

  • Название невысоких относительно окружающей местности гор Темпа (1089 м возле Великого Бычкова и 1634 севернее Кобылецкой Поляны) имеет для первой части в чувашском языке хорошее соответствие: тĕм "холм, бугор". Для второй может подойти чув. пÿ "туловище, фигура, рост".

  • У подножья горы Туркул расположено озеро Несамовите, что дает основание рассматривать для перевода ее названия чув. тăрă „вершина” и кўлě „озеро”. Ср. Брескул.

  • Перевал Шурдын. Для названия хорошо подходят чув. шăрт, имеющее среди других значение „гребень горы” и ен „сторона”.


Реки

Названия карпатских рек тоже могут быть расшифрованы на основе чувашского языка, но фонетические соответствия желают быть лучшими. Однако, в принципе, названия рек должны больше поддаваться модификациям, чем названия гор, поскольку находятся в более частом употреблении ввиду того, что поселения людей чаще всего расположены по именно по берегам рек, а не вблизи гор.



  • Река Тиса. Название может происходить от растения тис, которое произрастало в Карпатах раньше в большом количестве, но можно принять во внимание и чув. таса „чистый”, что очень бы подходило для названия реки. Если же имела место контаминация двух значений, то объяснение названия может быть очень правдоподобным.

  • Несколько карпатских рек имеют окончание –шава, -жава, -сва. Как апеллятив хорошо подходит чув. шыв „вода, река”. Окончание –а отвечает окончанию ĕ существительных с конечным согласным в притяжательных конструкцях в соответствии с грамматикой чувашского языка (шыв - шывĕ). Например, название реки Боржава пп Тисы можно представить как пăр шывĕ „ледяная вода” (чув пăр „лед”). Название для горной реки просто прекрасное (чув. п перед гласными произносится как б). Объяснение названия как «борза вода» (Янко М.П. 1998, 55) не выдерживает критики.

  • Река Иршавка, город Іршава на ней. В качестве первого компонента названия можно рассматривать несколько чувашских слов. Фонетически более всего подходит чув. ир „утро”. Тогда бы название реки можно было перевести как „утренняя река”.

  • Река Латорица – чув. лутра „низкий”, хотя возможно происхождение названия также от рум. lotru «быстрый» (Янко М.П. 1998, 205), если это слово само не заимствовано из булгарского.

  • Река Кевэлэ, лп Тисы. Хорошо подходит чув. хĕвеллĕ "солнечный". Ср. название села Кевэлове.

  • Река Салатрук, пп Бистрицы-Надвирнянской, лп Днестра. Название выглядит тюркским. Для его первой части может подойти чув. салат „разбрасывать, разбрызгивать”, но перевод второй части затруднителен, поскольку в тюркских языках нет слов, начинающихся на р. В какой-то мере могло бы подойти растр. тюрк. aryq „канал”, но в чувашском языке подобное слово не зафиксировано. Предлагавшее ранее чув. ÿрěк „проворный, быстрый” фонетически небезупречно.

  • Река Сучава, пп Серета, лп Дуная и город Сучава в Румынии на этой реке - чув сěт (в других тюркских sut/süt) „молоко, молочный”, шывĕ "река".

  • Река Тевшак, лп Апшицы, пп Тисы. Очевидно, название следует переводить как "петляющая" (чув тĕв "петля", -шак – суффикс прилагательного).

  • Река Теребля. Первый компонент, очевидно, тот же, что и в названиях двух рек ниже, для которого ничего иного как чув. тăрă 1."вершина, верх", 2."чистый, ясный" не найдено. Для второго может подойти чув. пулă "рыба". Тогда тăрă пулă можно было бы перевести как "верховая рыба".

  • Река Терешова. Чувашское выражение тăрă шывĕ означает "прозрачная вода".

  • Река Тересва. Очевидно, в названии реки произошла определенная трансформация. Это тем более объяснимо, что Терешова является притоком Тересвы и трансформация произошла во избежание смешения двух названий.

Названия населенных пунктов

  • Село Абранка. Для расшифровки названия можно привлечь чув. упран „беречь”.

  • Село Акрешоры. В Карпатах есть несколько сел, имеющих в своих названиях частьшоры. Ни в славянском, ни в румынском ничего подобного не обнаружено. Есть в венгерском языке слово sor (читается шор) "ряд", но в Карпатах практически нет топонимов венгерского происхождения, поэтому к рассмотрению можно взять чув. шурă „белый” или шур „болото”. В первой части названия данного села можно было бы видеть рум. acru «кислый», но поскольку вторая часть на румынской основе не расшифровуется, можно привлечь чув. укăр «дубильное вещество», которое, очевидно, того же происхождения, что и румынское слово. Правда, полученное соединение не совсем удачное, лучше рассматривать чув. шуры как форму 3-го лица от шур тогда название можно понимать как „дубильное болото”.

  • Город Болехив. Название может быть соотнесено с чув. пулăх „плодородие”

  • Село Вороненка. Село расположено среди гор на удивительно ровном для гор и достаточно большом пространстве. Название может иметь славянское происхождение, но можно рассматривать чув. вырăн „место” и яка „гладкий, ровный”. Очевидно вначале село называлось Вороняка или Вороняки, а уже позже приняло славянский суффикс – енка.

  • Село Ворохта. Село расположено в горном ущелье, поэтому в качестве апеллятивов могут рассматриваться чув. варак „овраг” и ту „гора”.

  • Село Дашава. Название можно переводить как „горная вода” (чув. ту „гора”), село расположено в предгорьях Карпат.

  • Села Жукотин (во Львовской и Ивано-Франковской областях) - мы уже пришли к выводу, что –тин не притяжательный суффикс, а странствующее слово со значением "деревня", поселение. Дополнительно про булгарское происхождение названия свидетельствует один из исторических чувашских городов того же названия. В связи с этим можно рассматривать в качестве первой части слова чув. çăка „липа”. Лип в селе Жукотин Турковского района Львовской области очень много.

  • Село Изки. Фонетически хорошо подходит чув. ĕçкей „дівер”, но следовало бы найти мотивацию для такого названия.

  • Город Калуш. Для названия хорошо подходит чув. хулаш „городище” от хула "город" (в современном чувашском языке х часто стоит на месте старого к). Во многих тюркских языках присутствует qala/kala "крепость, город", которое считается заимствованием арабского qalha "крепость, цитадель". Однако в основе этих слов может лежать древний ностратический корень kal-/kel-, который имел значение "укрывать, скрывать", получивший в разных языках значение "жилище, строение, укрепление, город" (ивр. kele "тюрьма", лат. cella "камера, ячейка", др.-инд. çālā "дом", нім. Halle "навес, зал" и т.д). См. также Коломия, Колочава.

  • Село Кевэлове, Кевелив, река Кевэле. Средствами чувашского языка возможны разные расшифровки названий: чув кĕвĕ "мелодия, напев", кĕвĕле "петь, играть", кивĕ "старый", лав "воз", кивел „становиться старым, ветхим”. Но лучше всего подходит чув. хĕвел "солнце", хĕвеллĕ "солнечный".

  • Город Коломыя, село Колочава. Названия этих населенных пунктов могут происходить от укр. коло "круг", но сомнение вызывает непонятное –чава. В связи с этим можно рассматривать чув. хула „город”. Такое объяснение было бы очень правдоподобным, но для второй части названия Коломыя ничего подходящего в чувашском языке не было найдено, кроме мăя "ожерелье, бусы", "связка, плетенка". Для второй части названия Колочавы могло бы подойти чув. шывĕ „река”, которое рассматривалось выше.

  • Село Космач – по-украински космач – „лохматый человек”, но можно рассматривать как апеллятив и чув. касмăч „мотыга, крюк”.

  • Села Либохора (во Львовской и Ивано-Франковской областях). Возможно в основе названия лежат слова близкие к чув. лапа іихура, имеющие одинаковое значение „грязный”.

  • Село Лумшоры. Если взять к рассмотрению чув. лăм „влага, сырость” и шуры как форму 3-го лица от шур „болото”, то получаем вполне логичное словосочетание „сырое болото”.

  • Село Пастиль. Фонетически и по смыслу для названия села, расположенного в лесном массиве Карпат, хорошо подходят чув пус „колоти, резать” и тĕл „место”.

  • Село Саджава. Для возможной первоначальной формы Сатшава неплохо подходят чув. сĕт „молоко” и шыв „река”.

  • Есть в Карпатах и Прикарпатье несколько сел с несколько странным для украинцев названием Сыхив. Украинское окончание -ив могло быть добавлено к чувшаской основе сых „бдительный”.

  • Город Турка. Считается, что название происходит от слова тур "бык". Действительно, в Карпатах имеются названия населенных пунктов, имеющих в своем составе прилагательное турий, но в данном случае непонятным остается суффикс –к-. Турка издавна была торговым центром на пути из Венгрии в Галицию, поэтому можно рассматривать происхождение названия от др.-булг. *turku "стоянка, торжище". От этого слова происходит славянское торг и подобные ему слова во многих других языках. В чувашском языке такого слова нет, но производные от него есть. Подробнее этот вопрос рассматривается в разделе о предысторической торговле.

  • Села Ценява (два села в Ивано-Франковской области). В основе названия сел может лежать слово близкое к чув. çěнě „новый”.

  • Село Шепаривцы вблизи Коломыи. Возможно происхождение названия связано с чув шăпăр „метла”.

  • Село Шешоры возле Косова. Название села можно расшифровать как „мокрое болото” (чув. шÿ „мокнуть”, шур „болото”). Что-то похожее на Лумшоры.

Наибольшее скопление булгарских топонимов сохранилось в труднодоступной части Карпат в районе Черногоры, в то время как в районе невысоких Бескид практически единственным булгарским топонимом является название села Жукотин Турковского района Львовской области. Очевидно это объясняется тем, что здесь находятся невысокие перевалы Средневерцкий (высота 839 м над уровнем моря) и Ужокский (883 м), через которые проходили пути миграций кочевых народов – гуннов, авар, венгров. Естественно, что автохтонное население здесь не удержалось и местность со временем совершенно опустела:

"Турка вместе со всей околицей от Старого Самбора до Бескида до половины 14-го ст. представляла собой абсолютно незаселенную, дикую лесную пустыню" (Pulnarowicz Władysław. 1929, 1).

Есть историческое свидетельство о переходе короля Людвига Венгерского через Средневерецкий перевал весной 1352 г., во время которого от голода пало 40 коней, а люди так обессилили, что не могли оседлать коня (Там же, 2). Безусловно, свита короля не терпела бы таких лишений, если бы край был более-менее заселен. Его освоение началось к концу 14-го ст., когда польский король Владислав Ягайло стал наделять землями в Карпатах мелкую шляхту, среди которой были и волохи, или валахи, как тогда называли румын. «Валашская колонизация» проходила по горным отрогам Карпат с территории современной Румынии и началась, возможно, несколько ранее второй половины 14-го ст. (Демосилецкая М.В. 1990, 187) и оставила свои незначительные следы в топонимике лишь в незаселенных ранее местах. Примером может быть название села Лимна в Турковском районе происходящего от рум. lemn-os «древесина».



с. 1 с. 2

скачать файл